Джилл смотрит на него, не мигая; губы сжимаются в полоску чуть сильнее, потому что очень сложно не начать скрипеть зубами от злости.
Что сложного в фразе «поясни»? Ей снова нравится думать, что Джек просто решил поиграть в дурака, поломать комедию и вотэтовотвсё. Потому что от его объяснений яснее не становится, наоборот его слова привносят больше хаоса. Джилл терпеть не может недосказанности и неизвестность. Она готова душу вытрясти из всех, лишь владеть всей информацией.

Она наконец моргает и голова чуть дергается от нервов. Джилл касается пальцами висков, потирает их и прикрывает ненадолго глаза. Мозг лихорадочно вспоминает личное дело Джека, но не может выцепить ничего «такого», что могло бы стриггерить полковника.
Что значит, Пекин это «минное поле»? – она готова проорать этот вопрос прямо ему в ухо, спасает Мао от этого только окружение. Джилл вспыльчива и импульсивна, но орать на Мао предпочитает в интимной (если можно так выразиться) обстановке без лишних свидетелей. В конце концов, с кем-то из этих людей ей ещё контракты подписывать. Айша тянет время, продолжая медленно потирать виски. 

– Ты планируешь просидеть здесь, чтобы не наступить на мину? – не может себе отказать в роскоши едкого замечания и интонаций Джилл, открывая глаза, обнаруживает, что Мао всё также сидит на помосте (лучше бы исчез, право слово), отвернувшись от нее.
Джилл садится рядом.
– Мне не нужны обещания, майор, мне нужно выполнить задачу; ты должен выполнить свою задачу, – Джилл включает планшет, открывая список с разработками, протягивает ему планшет, – соберись, взгляни и отметь перспективное. Сегодня я могу разобраться сама, но завтра ты мне нужен. Ты будешь использовать, твои друзья будут использовать это.
«Если я облажаюсь, могут погибнуть люди», – эта фраза не звучит, как и её тон. По мнению Джилл она очень сильно уступает; но голос звенит, пряча сомнения, стоит ли вообще уступать, проявлять слабость? Однако сказанное уже вылетело.
– Ты можешь сидеть здесь, но майор, если ты попробуешь переместиться, выбрав решать личные проблемы, я об этом узнаю, – полковник превратит в ад его жизнь, если хоть на секунду ей покажется, что он пытается манипулировать, – кто эта женщина?

– Скажи мне от чего я не буду психовать, – невольно вслух бросает Джилл, выслушивая одолжение майора. Пока мужчина просматривает список (Джилл не уверена, что сегодня ей это прям надо, она просто пытается купить время), Джилл размышляет, а действительно, хоть раз было, чтоб Джек не выбесил её? Конечно было, в те дни, что майор не попадался ей на глаза, золотые времена, ещё лучше было только до его назначения в отдел.

Родственница. Глаза Джилл удивленно округляются, она ставила на что угодно, кроме этого. Может всё дело в том, что сама Айша не общается со своей семьей и вспоминает о них в последнюю очередь?
– Меня не интересуют твои личные проблемы, пока это не мешает службе, – отмахивается Джилл, подразумевая, что сейчас они могут помешать или уже мешают.
Семья Мао, насколько Джилл было известно, достаточно влиятельна, но не в Двадцать четвертом. Айша не могла вспомнить, чтобы её предупреждали о возможных проблемах с… наследником.

Прочти Джек вчера свое назначение, предупреди он её заранее, поверила бы ему Джилл? Конечно нет, мулатка бы решила, что он пытается избежать командировки, это же самое очевидное объяснение. Граница между точной исполнительностью майора и его саботажем всего и вся очень размытая. А если бы он сказал лично? Поверила бы она ему, как поверила сегодня чуть ранее? Сложно сказать. Слишком велика неприязнь.

– Прекрасно, тебя хотят убить, только этого не хватало, – вздыхает Джилл и чувствует некоторое родство и солидарность с людьми, которых она не знает и никогда не видела. Ей тоже очень хочется прибить Джека довольно часто. Есть только одно «но»: убить майора можно лишь по её приказу и явно не в Пекине. 

Она забирает планшет и сверяет его комментарии со своими. Это механичная, нормальная работа, которая успокаивает; разногласий немного, значит завтра будет проще. Очень хочется в это верить.

– Не спасет? – немного рассеянно переспрашивает Джилл, поднимая голову и бросая взгляд на майора, затем снова утыкается в планшет. Может и не спасет, вот только связываться с Айшей, это добровольно загонять себе занозу в задницу. И дело не в её каких-то выдающихся способностях или умениях (признает она это с трудом), а лишь в том, кто она, зачем она и почему она. Тайный отдел не просто так тайный; и тайны этого отдела хранятся в её голове. Полковник отнюдь не публичная персона, но исчезнуть ей из виду или без причин никто не даст.

– На сегодня тогда мы закончили, – наконец принимает решение Джилл. Если всё, действительно, настолько серьезно, если Джек прав и его инкогнито раскрыто, то чем меньше информации смогут получить эти люди, тем лучше. Винтовка, что заинтересовала Джека, достаточно себя показала, чтоб быть утвержденной; всё остальное можно рассмотреть и завтра.

План осажденной крепости. Дерьмовый план.